19:47 

Everything burns Глава 6

Selena-hime
Название: Everything burns Глава 6
Автор: Selena_Ten
Бета: Miriada
Жанр: Романтика, экшн
Пейринги: Саске/Сакура (основной), Наруто/Хината (основной), Какаши/Шизуне, Джирайа/Тсунаде, Карин/Суйгецу.
Рейтинг: NC-13? Может меньше… не знаю не поняла до конца
Дисклеймер: отказываюсь от прав на персонажей и мира Кисимото Масаси
Статус: в процессе
От автора: ну, предупреждений вроде нет. кроме тех что вверху.
Размещение: запрещено

По каменистой тропинке, местами поросшей зеленым мхом, освещенной тусклым лунным светом, взбиралась молодая девушка. Платье, некогда - скорее всего, еще около часа-двух назад - красивое, было пыльным, смятым, и вообще уже не походило на платье. Прическа растрепалась, макияж поблек, потеряв свою привлекательность. Харуно, царапая руки, забиралась вверх по отвесной скале. Скажете, глупо. Но девушке это помогало сбросить нервное раздражение, накал в ноющем теле и возбуждение. Можно было обойти с другой стороны, подняться не спеша, любуясь ночным пейзажем, слушая стрекот сверчков в густой траве, а нет, не хотелось. Сакура поднималась, спотыкалась, кое-где падала, упиралась потемневшими от грязи ладошками в землю и просто боролась с собой. Добравшись до вершины, она в изнеможении рухнула прямо на траву и зарыдала, не в состоянии справиться с болью в груди и душившими слезами отчаяния. Он здесь. Он хочет ввернуться. Он рядом. Но почему от этого только больнее? Почему сердце сжимается, как в предчувствии маячащей неподалеку опасности? Девушка не знала ответа, лишь перевернувшись набок, глухо ударила по сырой земле сжатым кулаком. Горячие слезы заскользили по уже потерявшим румяна и обретшим нездоровый цвет щекам. Маскарад окончился плачевно. В её еще не совсем окрепшем сердце теснились два необъятных чувства: былая любовь, которая шевелилась вяло, но настойчиво, и злоба, накопленная множеством раздумий, несогласий и горечи. Харуно запрокинула голову назад, провела по растрепавшимся волосам рукой, закрыла глаза и прислушалась к собственным ощущениям. Эмоции бушевали ураганом в душе девушки, спокойствия, как штиля на море, не было и подавно.
- Наруто, - жалобно прошептала девушка. Она закрыла глаза и почувствовала, как на губы попадает солоноватая слеза, растворяется и снова становиться частью неё. «И что бы он сделал на моем месте? Глупая, набросился бы на Учиху с объятиями! Это же Наруто», - горько усмехнувшись, она провела испачканной рукой от глаз до подбородка, тем самым смешивая грязь с ладоней и горячие слезы, размазывая их, но ничего не замечая. Душевная боль всегда хуже физической. Она снова и снова, и еще раз десять ударила кулаком по земле, словно могла получить ответ. Раненная в самое сердце, непонятая самой собой, Харуно Сакура, встретившись с неожиданным поворотом, который подготовила Судьба, была в шаге от того, чтобы сломаться. Все было слишком сложно, слишком запутанно, слишком необычно, чтобы разобраться, выбрать тактику поведения, чтобы сохранить свое «я». Чтобы хотя бы не терять достоинства. «Разошлась, тоже мне. Упрятать за решетку Учиху решила, я ведь даже не АНБУ. Да уж, Сакура, размечталась, дорогая. До сих пор не можешь ввести себя нормально перед Учихой! Презираю, дура, я…»

* * *

Учиха Саске, тот самый, из-за которого происходили волнения в душе девушки, лежал на богатом диване, обитом кожей и кое-где мехами, вальяжно и по-хозяйски растянувшись на нём. Его спокойное лицо оставалось неподвижным, красивый очерк лица был притягательным, соблазнительным и роковым. Именно таким был Учиха Саске. Высокие скулы не сильно выделялись на бледном лице, черные, матово-черные глаза были приоткрыты и взирали на мир с усмешкой и долей превосходства. Он был спокоен.
Неподалеку от него расположился Каге деревни, попивая из маленькой фарфоровой традиционной пиалы саке. [1] Едва чувствуемый запах алкоголя витал в воздухе, перемешиваясь с немного приторным запахом - это были принесенные сладости. Даже не глядя на своего собеседника, Учиха расслабленно возлежал на диване и слушал рассказ - довольно занятный, нужно сказать.
- Так ты хочешь сказать, что эти двое пришли сюда из Конохи, чтобы составить зелье, которое никто раньше не составлял? – насмешливо прищурившись, переспросил Учиха. Каге лишь коротко кивнул, вертя в тонких пальцах табакерку, словно решая, закурить ему или нет.
- Мне интересно, как и в случае чего могла пострадать эта женщина, - дернув плечом, парень поднялся, уж больно неправдоподобно звучал рассказ о случившимся. Его взгляд был прикован к молодому собеседнику, который, не спеша, заправлял табакерку всем необходимым.
- Любопытно, не правда, ли? – вопросом на вопрос ответил Каге, все так же увлеченный своей затеей.
- Ты водишь меня вокруг да около, - поморщившись, Саске пристально взглянул на Каге, но тот лишь странно дернулся, в глазах вспыхнул огонек и так же быстро погас.
- Если говорить вкратце, то на самом деле никакого боя и не было, все подстроено хитро и ловко. В теле Тсунаде Сенджу находится яд длительного действия, который сначала погружает в кому, а только потом, в течение года, убивает. Занимательная вещица на самом деле, а сами ранения подстроены. Вероятно, ей что-то подмешали в саке - эта женщина, пусть и необыкновенна, но известна не только своими умениями шиноби, но и мелкими грехами. Такие, как саке и карточные игры, - усмехнувшись, сказал парень, по его тонким губам пробежала полуулыбка, сразу же подавленная им. А после он продолжил, выпуская колечки дыма и распространяя вокруг себя тошнотворный запах, - Все подстроено, просто и без особых ухищрений, но в этом и гениальность! Правда, есть загвоздка. Непонятно, кто это сделал.
- Есть предположения? – откинувшись на бархатную спинку дивана, Учиха неотрывно следил за хитрым парнишкой, по какой-то случайности ставшему Каге. Не чувствовал он в нем силы, хоть убейте.
- Мадара и Акатцуки – это страницы прошлого, - подбрасывая вверх золотой кулончик с ключиком, продолжил он, - Данзо тоже пережиток прошлого, Орочимару - так вообще ветхая древность.
- Не боишься, что он услышит? – насмешливо протянул обладатель Шарингана.
- Он подавлен тобой, мне плевать. Более того, никогда он уже не проснется от этого забвения, пока ты не умрешь или не потеряешь контроль над ним, правда, в этом я не уверен, - пристально глядя на него, словно проверяя Учиху-младшего, протянул Каге. Саске позволил себе ухмыльнуться.
- Дальше, так что ты там еще говорил?
- Скорее всего, это враждебные Страны, деревни, называй, как хочешь. Сначала незаметно подсыпанный яд, Тсунаде собираясь уходить прочь из той карточной деревни, почувствовала слабость, на неё напали, была спроектирована местность боя, были пару поверженных слабеющий рукой Легендарного Санина, силы ей все-таки не занимать, а дальше… дальше как по накатанной дорожке. А тут появляются её любимые защитники и уносят бедную, засыпающую - скорее всего навечно, - женщину, Сакура ничем ей не поможет. На исходе десятый месяц. Некоторые раны нанести все-таки успели для правдоподобности, а там ты уже знаешь.
- Слишком подробно, - заметил Учиха.
- Всего лишь версия.
- Не похоже.
- Подозреваешь?
- Нет.
- Тогда что?
- Ты ведь знаешь, кто тут замешан.
- Все может быть.
- Ты не нейтральную политику ведешь, не ври мне, за кого ты?
- За тех, кто против возрастающей силы Конохи и Страны Огня, - наконец изрек властитель этой маленькой деревни.
- Я достаточно услышал, - поднимаясь с места, изрек представитель клана Учиха.
- Кстати, скажи мне спасибо, в счет старого долга я даю тебе это, - он кинул розоватую бумажку, переплетенную тонкой золотой ниткой, и мягко улыбнулся. Учиха презрительно поймал вещицу, смерив высокомерным взглядом ужасного цвета пергамент. Что-то этот цвет ему напоминал… Каге продолжил, - теперь в этой бумаге заключена твоя удача. Здесь написано о твоей защите Страной Водопада, ты неприкосновенен в течение года со дня издания, если, конечно, не вляпаешься снова по самое не хочу. Насколько я помню, им нужны с нами деловые отношения, и я объявляю тебя человеком, представляющим мои интересы. На неделю, только чтобы передать одну вещь, которую я тебе дам перед уходом, а после ты можешь попроситься обратно в Коноху. Тебя, я уверен, могут простить, ведь такой сильный шиноби им только нужен.
- Плевать, сам как-нибудь разберусь и без твоей помощи, - возразил последний из клана Учиха, ревниво защищая свою гордыню.
- Ну-ну, а может и так обернуться, что тебя повесят или казнят, разницы нет, не откладывая на потом. Правда, через недельку. А после этой недели ты потеряешь все полномочия моего представителя и давай, прыг на виселицу, - насмешливо протянул Каге.
- Следи за языком, - равнодушно, как отрезал, сказал Учиха и вышел.
- Учиха, пф, доведет тебя твоя гордыня, - парень откинулся назад, затянулся и, выпустив дым, философски изрек, - или до виселицы, или же до решетки, а может, что еще хуже, до женитьбы… - вымученно проговорил парень при мысли о том, что ему самому пора навестить свою горячо любимую женушку. На каком она там месяце? То ли пятый, то ли седьмой, какая разница? Он еще раз хорошо затянулся и подумал, что политические дрязги и семейная жизнь вообще погубят его, хотя, каждому свое…

На пурпурной поверхности шелкового покрывала сидел Сай, его губы были недвижимы, тело словно бы сосредоточено на неведомой цели. Медленно водя по белому листу бумаги, на котором так ничего и не оставалось - кисть была суха, Сай задумчиво «плавил» взглядом стенку. Его сосредоточенность, отсутствие лишних движений словно кричали, что он занят. Безумно занят. Сай размышлял. Неожиданно что-то, тихо пискнув, начало заползать на кровать, прошмыгнуло по постели и, минуты две простучав по свитку тонкими лапками, мышка разложилась на иероглифы. Сай хмуро обвел свиток придирчивым взглядом. Чем больше он вчитывался, тем сильнее его обычно не выражающее никаких эмоций лицо искажалось недоверием и удивлением. Парень сам не замечал, что, когда был один, он понемногу начинал освобождаться от оков пресловутых правил АНБУ, он изменялся, не без помощи Наруто и Ино, конечно. Наруто – это само собой разумеется, а вот Ино – девушка, которая с недавних времен стала чуточку, но привлекать к себе чуть больше внимания, чем к просто подруге. Хотя сам Сай это не знал. Ино казалась ему просто другом. А сама девушка, несомненно, была против такого отношения к себе, в гневе зачастую ходила по комнате, размахивая пуховой подушкой, скидывая вещи, или просто в бессильной злобе плакала на кровати, терзаясь внутренними переживаниями. Он её не замечал. А она любила. Любила настолько сильно, что проводила с ним свое свободное время, если тот был не против, пыталась помочь раскрепоститься, пыталась дарить любовь…

Сай еще раз хмуро обвел глазами свиток, скатал его в трубочку и убрал куда подальше. Все-таки шпионаж - это то, что удавалось ему лучше всего. Растянувшись на широкой кровати, бывший член Корня АНБУ разглядывал потолок, его взгляд был рассеянным, он засыпал. Однако перед тем как полностью погрузиться в полудрему, ему показался мягкий очерк знакомого лица. «Ино! – вспомнил парень. - К чему бы это?» Он удивленно разок моргнул, и видение исчезло, как не бывало. Сай тем временем растерянно оглянулся на уже светлеющее небо и залез под одеяло. Поспать не помешало бы. Последняя мысль жаворонком пронеслась в усталом мозгу и осталась до лучших дней. «Сказать Сакуре, не сказать?»

***

Не менее напряженная обстановка была в небольшом поместье, окруженном деревьями и различными диковинными цветами. По деревянному полу террасы, нервно клацая зубами, ходил Суйгецу. Хотя скорее не нервно, а возбужденно. Он резко развернулся и вошел через открытую дверь в освещенную тусклым светом лампы комнату. На циновке сидел Дзюго, безразлично следя за мельтешением напарника.
- Чего тебе? – спросил Суйгецу, заметив взгляд. Дзюго провёл безразличным взглядом по Суйгецу и отвернулся. Его вообще ничего не интересовало.
- А где же эта лахудра Карин? – лениво протянул парень, подходя к своему мечу и критически разглядывая его. Некогда принадлежавшее нукеннину Кисаме из Тумана, теперь это сокровище было в крепких руках Суйгецу.
- Ты кого лахудрой назвал, идиот? – резво откликнулась девушка, войдя в комнату и привычным движением пальцев поправляя очки на переносице. Выглядела она все такой же милой, какой и была на вечере. Волосы, тщательно расчесанные спадали на оголенные плечи. Аккуратно нанесенный макияж все еще подчеркивал выразительные глаза девушки. Переодетая в обычную одежду, она выглядела такой же привлекательной.
- Непривычно ощущать себя девушкой, а, Карин? – ехидно спросил её назойливый напарник. Карин фыркнула, кинула презрительный взгляд на парня, но, хоть внутри все клокотало, сдержалась. Просто устала.
- Нет, ну правда, ты, наверное, сегодня счастлива так, как никогда в жизни, - ехидно бросил Суйгецу, растянувшись на еще одной циновке. - Учиха Саске, идеал всей твоей жизни, соблаговолил, чтобы ты, Карин, сопровождала его на вечер и притворялась его девушкой. Ну, не сбылась ли мечта идиота?
- Суйгецу, - вскрикнула девушка, гневно шипя. - Ты за кого меня принимаешь? Я просто… просто… сделала хорошее дело, мне от этого ни жарко ни холодно, между прочим!
- Конечно, конечно, - резво закивал головой парень, отчего в него сразу же полетела вазочка, стоявшая недалеко от девушки. Карин тяжело дышала, и взгляд был обиженный, усталый, и, что интересно, раздосадованный.
- Суйгецу, рыбья башка, заткнись уже! – закипая, бросила она, выходя на террасу и направляясь в свою комнату. - Я спать.
- Снова за свое? – осведомился напарник, разглядывая осколки фарфоровой вазы, некогда расписанной журавлями и сложным орнаментом. Дзюго вообще не любил эти их пикировки друг на друга, острые слова, язвительные насмешки - как все это было глупо, неинтересно, давно наскучило. Раздражало. Даже было страшно подумать, а вдруг он выйдет из себя и снова будет выбирать, кого убить первым. Надоедливую очкастую мышь Карин или слишком шумного, крикливого водного придурка Суйгецу? А впрочем, он относился к ним как к команде, ценил их, и, как не странно, они стали частью его мира, и - каким бы непривычным на вкус ни было это слово - были друзьями? Да, наверное. Поэтому такого бы не случилось, но их шум действовал на него раздражающе.
- Достала она меня, вешается на Саске, как безумная, - ворчливо отозвался Суйгецу.
- Разве?
- Не открыто, но разве не замечал её эти взгляды, самоотверженность и вообще странный блеск в глазах, стоит упомянуть Учиху? – поморщившись, ответил парень.
- А тебе какая разница? – проницательно заметил Дзюго, уже ложась на лопатки и закрывая глаза.
- Да никакой, собственно, - отмахнулся он и встал, направляясь к выходу, вслед за Карин, тоже уйти спать. Неожиданно в дверном проеме нарисовалось лицо спокойное и равнодушное.
- Привет, Саске, думали, ты уже и не придешь, - лениво протянул Суйгецу, проходя мимо Учихи и вдыхая свежий ночной воздух.
- Останься, есть разговор, - чуть скосив взгляд, Саске зашел обратно в комнату, переступив через порог.
- Ммм? – заинтересованно протянул шиноби и нехотя последовал за тем, кто, к сожалению, был главным в команде Хеби.

* * *

В темном сумраке комнаты, прибранной и ухоженной, на кровати лежала девушка. Волосы рассыпались по подушке, взгляд был блеклый, печальный. Она смотрела в одну точку, водила кончиком пальцев по простыне, вычерчивая невидимый орнамент, и время от времени глубоко вздыхала. Неожиданно в дверь слегка постучали, замерли на минутку и снова потревожили девушку.
- Хината, ау, это я – Ханаби, отец скоро ввернется с миссии вместе с Неджи, ты уверена, что хочешь, чтобы они увидели тебя в таком состоянии? – голос за дверью звенел.
- Ханаби? – грустно позвала девушка.
- Не бойся, кроме меня никто не знает, что ты тут сидишь и мммм… сопли на кулак наматываешь, - хихикнув, Ханаби слегка отстранилась от двери, а потом добавила, - все-таки, вставай уже и приводи себя в порядок. Отец скоро ввернется, сама знаешь. Три дня отсидела, и хватит с тебя.
- Угу, - вяло ответила девушка. Она встала с кровати, собрала разбросанные вещи, быстренько приняла душ и снова уселась на кровать. Расчесывая длинные непослушные волосы, Хьюга грустно улыбнулась: «Видимо, все так и должно быть. Хината, Наруто-кун любит Сакуру, смирись». Девушка облачилась в легкое кимоно, собрала волосы в пучок и заткнула их палочками, подправила одеяло, застелила постель и снова удрученно вздохнула. Её самовольное трехдневное заточение в собственной комнате вроде никто и не заметил. А какая, в сущности, разница? Все равно, клан Хьюга поставил на ней жирный черный крест, и теперь она была никому не нужна. Разве что её команде. Её никто не замечал, ей никто не восхищался, у нее не было близких подруг, которые бы прибежали к ней в случае чего, она была одна. Разве что Шино и Киба были её друзьями, да и то просто судьба свела их, определив в одну команду. Грустно и обидно. Вон, попробуй Ханаби день не вылезать из комнаты, кроме как на завтрак и ужин, её бы давно хватились, и переживали бы, отчего у ребенка такое странное поведение, а тут лишь…пустота.
Девушка смахнула слезинку, которая назревала в уголке глаз, и решительно дернула на себя дверь. Пускай, ей вроде бы должно быть всё равно. Как-то ведь жила до этого? Спустившись по лестнице вниз, Хината вышла во двор, окруженный растениями, цветами, с прудом посередине. Вдохнув свежий вечерний воздух, девушка поняла, что ей немного полегчало. Не обязательно, чтобы Наруто любил её. Пусть с ним все будет в порядке, а остальное неважно. Внезапно позади её окликнул голос Ханаби. Развернувшись всем корпусом, Хината увидела сестренку.
- Хината, выйди на улицу, там тебя кое-кто ждет, а потом айда ужинать, - сказала младшая, прощально махнув цветочком в руке, и исчезла, растворившись в коридорах огромного поместья. Ханаби только притворялась серьезной, поддерживала статус, так сказать, а на самом деле зачастую, когда отец и Неджи-нии-сан отсутствовали, вела себя как дитя. «Пускай, ей позволительно», - мягко, как-то по-матерински улыбнувшись, Хината вышла во двор. Внезапный гость, представший перед ней, вверг её в изумление, заставив залиться густой краской вплоть до кончиков волос. Хината резко сжала руки в кулачки и опустила взгляд. Вот так неожиданность...
- Хината-чан, это тебе, - улыбаясь красивой, той самой солнечной улыбкой, что так любила девушка, парень протягивал ей букетик полевых цветов. Незабудки. Такие маленькие, но прелестные в своей простоте и красоте. Круглые лепестки вокруг зеленого венчика улыбались девушке.
- С-спасибо, - пораженно выдавила девушка, осторожно принимая подарок, и резко залилась ярким румянцем. Принимая нежданный подарок от такого дорого человека, как Узумаки, она ощутила теплое прикосновение пальцев Наруто. Всего секунда, но и этого хватило, чтобы в тот же миг тело с ног до головы пронзила тысяча электрических иголочек. Приятно.
- А почему? – нежданный вопрос вертелся на языке и так резко сорвался с губ легким полушепотом. Девушка прикрыла глаза, поднося букетик к носу и вдыхая еле ощутимый легкий аромат. Дрожащими руками, прижимая к груди маленький букет, Хината зарделась снова.
- Хината-чан, извини, мне показалось, я тебя чем-то обидел, - почесав затылок, Наруто выждал паузу. А после продолжил, так же лучезарно улыбаясь, - тем более, мне захотелось сделать тебе приятно, а то я слышал от Кибы, что ты приболела.
- Наруто, мне и вправду… приятно, - выпалила девушка, пряча взгляд. Её дрожь от рук, появившаяся без спросу, резко перешла на все тело. В голове что-то щелкнуло, помутнело, и теперь было ощущение опьянения. Хотя откуда Хинате такое знать? Ни разу не пробовавшая алкоголь, девушка просто понимала, ей хорошо и … приятно. Приятно. Ведь Наруто-кун подарил ей цветы, может, она что-то значит для него?
- Хината-чан, слушай, мы тогда так и не договорили, вот Сакура ушла на какую-то очень важную миссию, а меня с собой не взяла, но ничего, будет время подготовить шикарный подарок, ты как думаешь? – выпалил парень, рассмеявшись своему смущению и просьбе.
- Эм, - Хьюга осторожно прикрыла глаза, понимая, что совсем немного и снова расплачется прямо на виду у парня, в которого безумно влюблена. Крупная дрожь прошлась по всему телу и затихла. Теперь нет радости, ничего приятного не осталось. Стало снова пусто и одиноко.
- Так как ты думаешь? А то меня Тен Тен вообще послала, сказав, что за еще один такой вопрос меня убьет, она, видите ли, занята, - пробурчал Наруто. Хината взглянула на парня из-под полуопущенных ресниц, и внезапно обиженный и расстроенный вид Узумаки её рассмешил. Девушка вдруг звонко залилась смехом, в котором явно слышалось отчаяние, бессилие и жалость. Правда, Узумаки снова ничего и не понял. Она впервые смеялась при нем, но выглядела так мило, нежно, как будто распустившийся цветок. Прикрывая маленькой светлой ладошкой рот, Хината присела на скамейку, бросила туда же цветы. Внезапно Наруто осознал, что девушка уже не смеется, а плачет. Истерический смех чередовался со слезами и обидой, душившей девушку.
- Хината, что с тобой? – удивленно спросил парень, подсев к девушке и приобняв её за плечи. Хината испуганно взглянула на парня, перестав смеяться, только крупные слезы, катились по бледным щекам, оставляя после себя мокрые полоски. Девушка вывернулась, кинула еще один испуганный взгляд, в котором читалось и сожаление, и боль, и обида, бросилась внутрь поместья, на ходу размазывая ладошками горькие капельки по лицу.
- Да, Наруто ты дуб дубом, даже в свои семнадцать, - наглый, немного насмешливый голос из-за спины раздался, словно из ниоткуда. Резко развернувшись всем корпусом, Узумаки увидел Кибу. Тот сидел на своем верном Акамару, в раздумье пожевывая нижнюю губу и потешаясь над недоуменным выражением лица у своего «соперника» и друга в одном флаконе.
- Киба, - нахмурившись, как будто от зубной боли, Узумаки подошел к парню и развел руками, словно говоря: не понимаю, в чем проблема вообще. Еще раз весело расхохотавшись, собачник потрепал по плечу Наруто. – Тебе смешно от того, что твоя напарница по команде плачет? – хмуро бросил парень, разворачиваясь и засунув руки в карманы, желая уйти поскорее.
- Нет, мне смешно из-за твоего поведения, полено.
- Сам ты полено, - огрызнулся Узумаки, что вообще было не свойственно ему. Его лицо стало каким-то раздосадованным и удивленным.
- До сих пор не понимаешь? – вдруг резко став серьезным, Киба слез с Акамару и приблизился к Наруто, кивнул головой на поместье, где скрылась Хината, и перевел внимательный взгляд на джинчуурики. Тот лишь пожал плечами недоуменно, мол, не понимаю, о чем ты.
- Мне на Хинату не плевать, она мне дорога, а ты, придурок, заставляешь её плакать, - неожиданно строго, с мальчишеским пылом заявил Инузука, его взгляд стал холодным, а голос звенел как сталь.
- О чем ты? Я до сих пор не понимаю, чем мог её обидеть.
- Дурень, - горько усмехнувшись, бросил Киба. - Любит она тебя, Наруто.
- Что вы тут делаете? - мимо парочки прошествовал Неджи в пыльной дорожной одежде, словно появившись из ниоткуда. На его левой щеке красовалась глубокая царапина, одежда местами была разорвана, а бездонно-серые глаза смотрели изучающее, с укором и еле заметным раздражением.
- Подслушивал? – догадавшись, спросил Киба и потрепал за холку Акамару, который уже не знал чем заняться.
- Хм, - Хьюга лишь окинул их еще одним проницательно-пронзительным взглядом и скрылся за воротами.
- Любит? – опешив, переспросил Узумаки, медленно стукая себя по лбу. Он обернулся, но успел заметить, как собачник уезжал на Акамару, оставляя за собой облачко пыли. Оставшись стоять один на каменистой дороге, Узумаки бросился бежать. Ему было все непонятно, казалось абсурдным, и вообще, совесть понемногу начала напоминать моменты, произошедшие с Хинатой, и пеняла его за невнимательность, и, как ни странно, за любовь к Сакуре. Все было так запутано, что бедный парень терялся и не мог понять, такая ситуация у него была впервые…

@темы: Наруто/Хината, Саске/Сакура, макси, романтика, экшн

URL
   

Каракули Селли ^^

главная